Медсестра Гатчинской КМБ рассказала, что происходит внутри (фото)

26.05.2020, 15:00 | Гатчина Онлайн


Вик­то­рия Хей­сто­нен учит­ся на мед­се­ст­ру в ме­ди­цин­ском кол­лед­же в Гат­чи­не, а сей­час про­хо­дит прак­ти­ку бу­к­валь­но на пе­ре­до­вой, пи­шет «MR7.ru – Но­во­сти Пе­тер­бур­га». (*5)

Ей 35 лет. Она ак­тив­ная, спор­тив­ная де­вуш­ка, ув­ле­ка­ет­ся пляж­ным во­лей­бо­лом. По пер­во­му об­ра­зо­ва­нию тре­нер по конь­ко­беж­но­му спор­ту. Ко­гда доч­ка по­шла в пер­вый класс, Ви­ка по­ня­ла, что сно­ва хо­чет учить­ся. Ле­чить лю­дей бы­ла ее дет­ская меч­та.

По­сле май­ских празд­ни­ков, ко­гда в ЦРБ Гат­чи­ны мно­гие от­де­ле­ния ос­та­лись без вра­чей и мед­пер­со­на­ла – лю­ди за­бо­ле­ва­ли или ухо­ди­ли в от­пус­ка, – в ее кол­лед­же бро­си­ли клич: кто хо­чет вый­ти на двух­не­дель­ную сме­ну?

Эта боль­ни­ца для Ви­ки – род­ная, здесь она про­хо­дит прак­ти­ку, лич­но зна­ет и мед­се­стер, и вра­чей, и па­ци­ен­тов: «Я не мог­ла их бро­сить».

Ви­ка под­пи­са­ла пус­той до­го­вор, по­то­му что всё бы­ло очень бы­ст­ро и в су­ма­то­хе, и за­сту­пи­ла на двух­не­дель­ную сме­ну в от­де­ле­ние нев­ро­ло­гии вме­сте с еще 16 вра­ча­ми и мед­се­ст­ра­ми.

От­ра­бо­тав пер­вую сме­ну, 20 мая они уш­ли на ка­ран­тин. Их по­се­ли­ли в дет­ском ла­ге­ре под Гат­чи­ной. Ви­ка на­де­ет­ся, что по­сле ка­ран­ти­на ее от­пус­тят на де­нек до­мой – по­ви­дать­ся с доч­кой, му­жем, с ро­ди­те­ля­ми.

А 2 ию­ня она за­сту­па­ет на ра­бо­ту уже в Си­вер­скую рай­он­ную боль­ни­цу, ко­то­рая с са­мо­го на­ча­ла эпи­де­мии пре­вра­ти­лась в ин­фек­ци­он­ный ста­цио­нар, ку­да со всей Лен­об­лас­ти сво­зят боль­ных COVID-19. Ви­ка по­ни­ма­ет, что там бу­дет еще тя­же­лее – боль­ни­ца уже пе­ре­пол­не­на.

Со все­го от­де­ле­ния ос­та­лась од­на бу­фет­чи­ца

«В ме­ди­цин­ский кол­ледж, где я учусь на мед­се­ст­ру, при­шли бу­ма­ги о том, что сту­ден­ты, кто хо­чет, мо­гут вый­ти на ра­бо­ту в ЦРБ Гат­чи­ны. Доб­ро­воль­но. А по­сколь­ку я учусь на ба­зе на­шей боль­ни­цы, со­от­вет­ст­вен­но, и пер­со­нал, и па­ци­ен­тов знаю, по­то­му что хо­жу сю­да на прак­ти­ку, жал­ко бы­ло сво­их де­во­чек, ко­то­рые там ра­бо­та­ют, их ос­та­лось очень ма­ло. Ко­гда ты по­ни­ма­ешь, что за­вал, что лю­ди бро­ше­ны, как по­сту­пить по-дру­го­му?

Там бу­к­валь­но за пол­то­ры не­де­ли все от­де­ле­ния вы­ну­ж­де­ны бы­ли за­крыть­ся на ка­ран­тин – ко­ро­на­ви­рус рас­про­стра­нял­ся очень бы­ст­ро. Спус­тя не­де­лю по­сле май­ских. Прям очень силь­ная вспыш­ка.

В от­де­ле­нии нев­ро­ло­гии, ку­да я по­па­ла, из род­но­го пер­со­на­ла ос­та­лась толь­ко бу­фет­чи­ца, по­то­му что кто-то за­бо­лел, кто-то ушел в от­пуск, кто-то ис­пу­гал­ся – си­туа­ции у лю­дей раз­ные.

На­ше от­де­ле­ние бы­ло за­кры­то на ка­ран­тин, по­это­му я знаю толь­ко свою сме­ну – нас 17 че­ло­век – вра­чи и мед­пер­со­нал. Две не­де­ли мы кон­так­ти­ро­ва­ли толь­ко друг с дру­гом. Ну и с па­ци­ен­та­ми. Боль­ше ни­ко­го не ви­де­ли. По­сколь­ку в от­де­ле­нии ле­жат па­ци­ен­ты из груп­пы рис­ка. Мы не вы­хо­ди­ли из кор­пу­са, что­бы не при­нес­ти бо­лезнь с ули­цы. К боль­ным за­хо­ди­ли в СИ­Зах.

Там в ос­нов­ном ле­жат лю­ди по­сле ин­суль­та. Всё от­де­ле­ние ле­жа­чих боль­ных. И так по­лу­чи­лось, что они бы­ли про­сто бро­ше­ны два дня, по­ка но­вый пер­со­нал на­би­ра­ли.

Пред­став­ля­ешь? Ко­гда мы ту­да при­шли – 35 ста­ри­ков в от­де­ле­нии про­сто бро­ше­ны. Вот как ты от­ту­да по­сле это­го уй­дешь?

На­ше от­де­ле­ние бы­ло на чет­вер­том эта­же. По­лэ­та­жа был шлюз, где мы пе­ре­оде­ва­лись, – пе­ре­ход из гряз­ной зо­ны в чис­тую. Жи­ли мы в па­ла­тах в жи­лом кор­пу­се.

До мое­го при­хо­да три мед­се­ст­ры за­бо­ле­ли и врач. Го­во­рят, у не­го всё пло­хо, что он в пер­вом ме­де ле­жит, что у не­го уже раз­ва­ли­ва­ют­ся лег­кие.

Из тех, кто за­бо­ле­вал у нас, – да, тем­пе­ра­ту­ри­ли, но без серь­ез­ных по­след­ст­вий. Двое в воз­рас­те да­же пе­ре­не­сли бес­сим­птом­но.

Как толь­ко вы­яв­ля­ли ко­вид­ных, от­прав­ля­ли в ин­фек­ци­он­ку. Мы не име­ли пра­ва дер­жать их.

Ви­рус рас­про­стра­ня­ет­ся очень бы­ст­ро – один па­ци­ент с со­бой тро­их за­би­ра­ет точ­но. Та­кая за­раза. Ко­гда я при­шла в от­де­ле­ние, у нас бы­ло 34 па­ци­ен­та, а бу­к­валь­но че­рез не­де­лю ос­та­лось 8.

«Бо­же мой, за­чем я сю­да во­об­ще впи­са­лась»

Сей­час я уже столь­ко все­го на­смот­ре­лась, что мне уже не страш­но. Ощу­ще­ние ужа­са внут­ри про­па­ло. Но в пер­вую сме­ну я, ко­неч­но, бы­ла в шо­ке. Я ду­ма­ла: «Бо­же мой, за­чем я сю­да во­об­ще впи­са­лась», по­то­му что это бы­ла жесть.

Очень по­мо­га­ла под­держ­ка близ­ких, дру­зей: их пись­ма, пе­ре­дач­ки, пес­ни под ок­на­ми. Это име­ет боль­шое зна­че­ние, ко­гда ты за­крыт.

Ка­ж­дый день од­на гат­чин­ская ка­феш­ка при­сы­ла­ла нам пиц­цу. Это бы­ло при­ят­но. При­чем, они ка­ж­дую пиц­цу под­пи­сы­ва­ли обод­ряю­щи­ми сло­га­на­ми.

Нас тут хо­ро­шо кор­ми­ли, и у нас бы­ло всё, что нам нуж­но. Та­ко­го, что не хва­та­ет СИ­Зов, не бы­ло ни ра­зу. Мас­ки, ша­поч­ки, оч­ки, рес­пи­ра­то­ры – всё бы­ло в дос­тат­ке. В кон­це сме­ны толь­ко у нас за­кон­чи­лись кос­тю­мы ма­лень­ких раз­ме­ров, ос­та­лись толь­ко боль­шие, но это ме­ло­чи.

К кос­тю­му при­шлось при­вы­кать. Пер­вые дни очень тя­же­ло, за­ды­ха­ешь­ся, те­бе жар­ко. Осо­бен­но ко­гда мно­го фи­зи­че­ской ра­бо­ты, и ты по­сто­ян­но в дви­же­нии. По­те­ешь, как в сау­не. Ко­гда раз­де­ва­ешь­ся, по­том пи­жа­му, ко­то­рая под СИЗ, мож­но про­сто вы­жи­мать. Я по­ху­де­ла, ко­неч­но. Но сей­час нас от­карм­ли­ва­ют очень хо­ро­шо.

Сме­ны про­хо­ди­ли по-раз­но­му. Как до­го­во­ришь­ся со смен­щи­ком. Пер­вые дни мы ра­бо­та­ли из се­рии: я при­хо­ди­ла в 8 ут­ра и ухо­ди­ла в 9 ча­сов ве­че­ра. Всё это вре­мя не по­есть и да­же в туа­лет не схо­дить. Я по­ня­ла, что спо­кой­но 12 ча­сов вы­дер­жи­ваю, про­сто пе­ред этим не пьешь и не ешь. Ко­му тя­же­ло, тот на­де­вал пам­перс.

Пить хо­чет­ся, жа­ж­да страш­ная. Ко­гда при­хо­дишь со сме­ны, про­сто лит­ров 5 вы­пи­ва­ешь. Да­же ку­шать так не хо­чет­ся, как пить.

Бы­ло тя­же­ло пси­хо­ло­ги­че­ски, мо­раль­но, осо­бен­но, ко­гда те­бя спра­ши­ва­ют: ну как ты без ре­бен­ка? Но есть ви­део­связь, под ок­на при­хо­ди­ли, что­бы по­смот­реть на доч­ку. Сей­час по­лег­че – уче­ба у до­че­ри за­кон­чи­лась, она уе­ха­ла на да­чу с па­пой.

Но са­мое страш­ное, ду­маю, впе­ре­ди, ко­гда я ока­жусь в Си­вер­ской. По­то­му что там, го­во­рят, во­об­ще 50−54 че­ло­ве­ка в от­де­ле­нии ле­жит. Пер­со­на­ла не хва­та­ет.

К ра­бо­те в ин­фек­ци­он­ке нас ни­как не го­то­вят. Дай Бог пол­ча­са ка­кой-то бы­ст­рый ин­ст­рук­таж по по­во­ду со­блю­де­ния мер безо­пас­но­сти – как оде­вать как сни­мать СИЗ, всё. Вре­ме­ни нет, не­ко­гда этим за­ни­мать­ся. Ор­га­ни­за­ция, мяг­ко го­во­ря, ни­ка­кая. По­то­му что ру­ко­во­дство ме­ня­ет­ся очень бы­ст­ро. На­при­мер, был один глав­ный, по­том он вы­бы­ва­ет, по­сто­ян­но ка­кие-то пер­тур­ба­ции.

В этом пла­не очень тя­же­ло – идет прям кру­го­верть.

Сей­час из Си­вер­ской де­воч­ки прие­ха­ли (на ка­ран­тин – ред.) – рас­ска­зы­ва­ют, что там, ко­неч­но, страх и ужас.

И не­из­вест­но, в ка­кое от­де­ле­ние и с кем по­па­дешь. В ЦРБ у нас хо­ро­шо бы­ло – пер­со­нал и вра­чи, мы друг дру­га под­дер­жи­ва­ли. У нас да­же док­то­ра по­мо­га­ли по­лы мыть в от­де­ле­нии. По­то­му что бы­ва­ет та­кой мо­мент, что ты про­сто уже за­ши­ва­ешь­ся...».

По­ка Ви­ка со сво­ей сме­ной на­би­ра­ет­ся сил в дет­ском оз­до­ро­ви­тель­ном ла­ге­ре, ку­да их по­се­ли­ли в от­дель­ный кор­пус. Иг­ра­ют в бас­кет­бол, на­столь­ные иг­ры, со­зва­ни­ва­ют­ся с род­ны­ми. По сло­вам Ви­ки, хо­ро­шо кор­мят – она уже на­бра­ла об­рат­но по­те­рян­ные ки­ло­грам­мы.
ДОСТАВКА ПИТЬЕВОЙ ВОДЫ
АННУШКА, база отдыха
КВАРТИРНЫЕ ГРУЗОПЕРЕВОЗКИ
АРЕНДА НЕДВИЖИМОСТИ
АКЦЕНТ, салон красоты
СТРОЙ-ГРУПП, строительно-демонтажная компания
 
 
Примите участие в обсуждении других материалов